Бывший президент махачкалинского «Динамо» Гаджи Гаджиев высказался о разговоре с главой Дагестана Сергеем Меликовым после упразднения его должности в клубе.

— Вопрос: сколько сейчас стоят футболисты, которые совсем ещё недавно не стоили ничего? Их поднимали тренеры, а не генеральный директор Шамиль Газизов. Для чего конкретно «Динамо» нужен Газизов? Почему профильный работник, создавший и продвинувший клуб, задвигается на задний план, а нефутбольные люди остаются у штурвала? Потому, вероятно, что собрать мальчишек, как следует их погонять и заставить прыгать выше головы — это же так просто! А вот чтобы продать футболиста, нужен, видимо, особый талант.

Бесполезный был, по большому счету, разговор [с Меликовым]. В ходе которого, правда, выяснилось: агентская выплата за трансфер Эгаша Касинтуры в «Ахмат» не санкционирована главой республики, а присвоена Газизовым самовольно. Получается, у клуба нет полутора миллионов рублей для обследования мальчишек из академии — зато есть деньги на агентский откат. И это только про одну сделку речь.

— Вам хоть что-то объяснили?— Ничего. Да я и сам понимаю: внятных аргументов быть не может. Настолько доверительные, профессиональные отношения, какие были у нас с Сергеем Алимовичем, ничто, казалось, не могло испортить. Ничто, кроме интриг, корысти да их родной сестры — зависти. За моей спиной дважды поменялся устав — то есть втихаря, в течение полугода, если не больше, сооружалась новая управленческая конструкция. Но всё тайное рано или поздно становится явным.

Если кому-то казалось, что в «Динамо» назрели радикальные перемены, можно ведь было переговорить открыто, обсудить возможные варианты, разве нет? Я вменяемый человек, всегда готов выслушать оппонента. Но неловко, неудобно, видимо. Решили: лучше потянем до Нового года, а там — пауза, каникулы, страсти как-то улягутся. Но, слушайте, мы же в одной лодке плывём. «В будущее — с историей» — один из девизов клуба. Нужно обязательно помнить, что было вчера, иначе завтра может и не наступить. История «Анжи» — яркое тому подтверждение.

Но нет. На очередном совещании Сергей Алимович зачитал тщательно маскируемое решение на тему «За спортивный блок отвечает Газизов» — и покинул зал, по пути согласившись разделить со мной, если есть такая необходимость, рабочий кабинет. Зная, конечно: у меня никаких кабинетов отродясь не было.

— Что было дальше?— Сразу пообщаться с Меликовым не удалось. Да и не хотелось, честно говоря. Поговорили только в марте. О главном я рассказал, остальное — эмоции. Прямо спросил: «Вы хотите меня убить? Как я могу жить без своего ребёнка, без «Динамо»?» Напомнил: когда мы создавали в клуб, он стоил ноль рублей ноль копеек. Сегодняшняя оценка — что-то около $ 100 млн. Поинтересовался: «Вы знаете подобные примеры?» Сергей Алимович промолчал.